Меню

Анализ стихотворения молитву тайную твори блок

Блок. За темной далью городской. Прочтение

12. «За темной далью городской…»

За темной далью городской
Терялся белый лед.
Я подружился с темнотой,
Замедлил быстрый ход.

Ревело с черной высоты
И приносило снег.
Навстречу мне из темноты
Поднялся человек.

Лицо скрывая от меня,
Он быстро шел вперед
Туда, где не было огня
И где кончался лед.

Он обернулся — встретил я
Один горящий глаз.
Потом сомкнулась полынья —
Его огонь погас.

Слилось морозное кольцо
В спокойный струйный бег.
Зарделось нежное лицо,
Вздохнул холодный снег.

И я не знал, когда и где
Явился и исчез —
Как опрокинулся в воде
Лазурный сон небес.
4 августа 1902

Дата написания 4 августа 1902. В примосковье, в Шахматово – это самое лето. Палящая жара уже уходит, а остаётся пронеживающее тепло. А от мальчишки никак не отстанут – у него и холод вечеров, и белый лёд замёрзшей воды… (Речки? океана?- Реки, конечно же. Той самой, что видна из окон его питерской квартиры. Конечно же, реки – границы. Грани миров. )

Еще один безликий… Словно из той толпы, что месяц назад:

«…И, всходя на холмик за садом,
Все смотрели в синюю даль.…»
8. «Говорили короткие речи…» (15 июля 1902)

Лето кошмаров продолжается. Лето сомнений, лето ревизионизма…
Данное стихотворение, данная картина противостоит прошлогоднему стихотворению, стихотворению из прошлого – мистического – лета:

«Молитву тайную твори —
Уже приблизились лучи
Последней для тебя зари, —
Готовься, мысли и молчи.
Готовый, мыслящий, немой,
Взгляни наверх в последний раз,
Не хочет бог, чтоб ты угас,
Не встретив здесь Любви былой.
Как в первый, так в последний раз
Проникнешь ты в Ее чертог,
Постигнешь ты — так хочет бог —
Ее необычайный глаз.
8*. «Молитву тайную твори…» (10 июня 1901)

Напомню, что с моей точки зрения, здесь «бог хочет», чтобы поэт, «взглянув наверх» «постиг», что Луна – это «Ее необычайный глаз».
(Повторю, что мне кажется эта метафора неудачной, что истинные чувства, конечно, понятны: поэт в полнолуние видит, что это «Она» смотрит вниз, смотрит прямо на него, но истинные слова не найдены.)

И вот опять…
Но там, тогда надо было «взглянуть вверх», а здесь низ и верх спутаны: «Ревело с черной высоты» – это верх. «И приносило снег» – это сверху вниз. «Навстречу мне из темноты/Поднялся человек» – это снизу вверх. «Он быстро шел вперед… где кончался лед» – чтобы увидеть лед, надо опустить взгляд.

Он обернулся — встретил я
Один горящий глаз.
Потом сомкнулась полынья —
Его огонь погас.

Одноглазый обернулся – взгляд во взгляд. Провалился – вниз! – и полынья – внизу! – сомкнулась. А путник все не может отвести взгляда от воды:

Слилось морозное кольцо
В спокойный струйный бег.

И спустя непонятное количество времени осознает:

И я не знал, когда и где
Явился и исчез….

«Я» уже «не знает», когда кончился снегопад, не знает, где он кончился – в небесах из туч сверху вниз, или только в его видении, как в отражении – в полынье снизу вверх? Ведь вроде бы только что прямо из нее «горел один глаз» – луна, конечно же, а сейчас отражается чистое небо… Не знает даже, что он видит сейчас: низ – полынью или верх – «небеса»?
Опять – отсутствие времени в четырех-координатном континууме. Которое здесь обернулось перепутанностью и первых трёх, больше – отсутствием и причинности: он не понимает – не только когда, где, но и как:

И я не знал…
…Как опрокинулся в воде
Лазурный сон небес…

Читайте также:  Сокращение молитв в исламе

вкратце о месте стихотворения в общем своде книги «Стихи о Прекрасной Даме».

Ал. Блок : «Символист уже изначала — теург, то есть обладатель тайного знания, за которым стоит тайное действие».
Теургия — это человеческая практика по работе с божественными сущностями. «Стихи о Прекрасной Даме» — рабочий дневник Александра Блока о ходе подобной практики.
Спустя десять лет он напишет Андрею Белому: “Отныне я не посмею возгордиться, как некогда, когда, неопытным юношей, задумал тревожить тёмные силы — и уронил их на себя.”
«Стихи о Прекрасной Даме» как раз об этом — о тёмных силах и о гордыни попытки справится с ними.
Справиться не получилось. Спустя ещё десять лет, уже после смерти Блока, Андрей Белый резюмирует:
«Первый том — потрясенье: стремительный выход из лона искусства; и — встреча с Видением Лучезарной подруги; и — далее: неумение воплотить эту встречу, обрыв всех путей»

Для Блока было важно подчеркнуть рабочий, реалистический характер книги («к моим же словам прошу отнестись как к словам, играющим служебную роль, как к Бедекеру [путеводитель], которым по необходимости пользуется путешественник»), поэтому вместо трёх разделов с мистическими названиями «Неподвижность», «Перекрёстки», «Ущерб» первого издания в канонической редакции их стало шесть, у которых вместо всякой философии теперь только указания на место и время действия.

I. С.-Петербург. Весна 1901 года. Юный теург обретает свет, но появляется и «гадалка» из Тёмного храма .
II. С. Шахматово. Лето 1901 года. Поэт учится работать с обретёнными силами, но постоянно путается меж Ясной и гадалкой, меж Солнцем и любимой. Меж Тобою и тобой.
III. С.-Петербург. Осень и зима 1901 года. Грань богопознания: попытка – успешная! – увидеть в любимой богиню, то есть раскрыть в «тебе» – Тебя! Но тут же появляются «двойники», которые искушают теурга россыпью миров.
IV. С.-Петербург. Зима и весна 1902 года. Видение Моисея, готовность к Акту, видение, как «мы странствовали с Ним по городам» – но что это все? – послания от Тебя или обманки «двойников»? И – снова видение Моисея, видение Неопалимой Купины, осознание, что Ты – Купина, то есть Ты – прямой призыв Господен к действию, как некогда к простому пастуху Моисею: «Иди! И соверши небывалое». Но опять вмешиваются акторы лиловых миров – гадалка, двуликий, двойник. И поэт срывается в открытые ему «двойниками» другие миры.

V. С. Шахматово. Лето 1902 года. Лето зимних кошмаров, лето расплаты… Но в ответ на прямой призыв: «Приходи, Я тебя успокою», поэт настаивает на своём праве на «каменные дороги».

VI. С.-Петербург. Осень — 7 ноября 1902 года. Он выходит на Тропу миров – лиловых миров. Бродит по ней, отчаивается. Он, ставя на кон свою жизнь, прорывается к Храму, но, судя по всему, это – тёмный храм.

Данное стихотворение относится к ТРЕТЬЕЙ сцене ПЯТОГО раздела. Всего сцен в нем – пять:

Сцена первая. Разномирье.
Сцена вторая. Иное новоселье
Сцена третья. Чужая свадьба
Сцена четвертая. Без лица и названья.
Сцена пятая. Двух голосов перекличка

Источник статьи: http://proza.ru/2018/01/02/921

Блок. Молитву тайную твори. Прочтение

Молитву тайную твори —
Уже приблизились лучи
Последней для тебя зари, —
Готовься, мысли и молчи.
Готовый, мыслящий, немой,
Взгляни наверх в последний раз,
Не хочет бог, чтоб ты угас,
Не встретив здесь Любви былой.
Как в первый, так в последний раз
Проникнешь ты в Ее чертог,
Постигнешь ты — так хочет бог —
Ее необычайный глаз.
10 июня 1901

Сюжет продолжается! Ночь не кончается, но на горизонте – в Питере бы так просто уже белые ночи, 10 июня же! – на горизонте заря.

Читайте также:  Молитва что бы поженится

Ох, уж эти зори 901-ого года:

«В 1900 – 1901 годах «символисты» встречали зарю; их логические объяснения факта зари были только гипотезами оформления данности; гипотезы – теории символизма; переменялись гипотезы; факт – оставался: заря восходили и ослепляла глаза; в ликовании видящих побеждала уверенность. »
Андрей Белый. «Воспоминания о Блоке»

«…началось хождение около островов и в поле за Старой Деревней, где произошло то, что я определял, как Видения (закаты)».
«…Тут же закаты брезжат видениями, исторгающими слезы, огонь и песню…»
Ал. Блок. Дневники 18 года о весне 1901

«Закаты того года, столь известные и по стихам Блока, и по Андрею Белому, я переживала ярко.»
Л.Д. Блок. «И быль и небылицы о Блоке и о себе»

А выше – луна. И всё – как в первый раз в жизни, как в последний раз! А Видения эту банальную метафору – «как в последний раз» подкрашивают реализмом:

Уже приблизились лучи
Последней для тебя зари…

Последней! Уже скоро! И ты будешь с Нею! А пока «взгляни наверх»! Видишь луну?! –

Проникнешь ты в Ее чертог,
Постигнешь ты — так хочет бог —
Ее необычайный глаз.

(Но всё-таки… На мой вкус, отдельно-взятый глаз – образ неоправданно рискованный. Он позволяет понять, что хотел сказать Блок, как Блок всё это видел, но сбивает настроение разными неприличными вопросами, типа – а где глаз второй? И за улыбками уже не до высокой мистики.)

(
Впрочем, во времена Блока эта метафора не была настолько острой: она уже была введена в обиход Полонским: «Источник ее — стихотворение Я. Полонского «Царь-Девица», оказавшее огромное воздействие на образную систему «Стихов о Прекрасной Даме».» Д.М. Магомедова. Автобиографический миф в раннем творчестве А.А. Блока («Стихи о Прекрасной Даме»)
Приведу упомянутое стихотворение полностью:

В дни ребячества я помню
Чудный отроческий бред:
Полюбил я царь-девицу,
Что на свете краше нет.

На челе сияло солнце,
Месяц прятался в косе,
По косицам рдели звезды,—
Бог сиял в её красе…

И жила та царь-девица
Недоступна никому,
И ключами золотыми
Замыкалась в терему.

Только ночью выходила
Шелестить в тени берез:
То ключи свои роняла,
То роняла капли слез…

Только в праздники, когда я,
Полусонный, брел домой,
Из-за рощи яркий, влажный
Глаз её следил за мной…

И уж как случилось это,—
Наяву или во сне?!
Раз она весной, в час утра,
Зарумянилась в окне: —

Всколыхнулась занавеска,
Вспыхнул роз махровых куст,
И, закрыв глаза, я встретил
Поцелуй душистых уст.

Но едва-едва успел я
Блеск лица её поймать,
Ускользая, гостья ко лбу
Мне прижгла свою печать.

С той поры её печати
Мне ничем уже не смыть,
Вечно-юной царь-девице
Я не в силах изменить…

Жду, — вторичным поцелуем
Заградив мои уста,—
Красота в свой тайный терем
Мне отворит ворота…
)

А высокая мистика – она в простом вопросе: если было: ты была Солнце, а теперь Луна – твои глаза, то не изменение ли это облика?

«Но страшно мне: изменишь облик Ты. «

вкратце о месте стихотворения в общем своде книги «Стихи о Прекрасной Даме».

Ал. Блок : «Символист уже изначала — теург, то есть обладатель тайного знания, за которым стоит тайное действие».
Теургия — это человеческая практика по работе с божественными сущностями. «Стихи о Прекрасной Даме» — рабочий дневник Александра Блока о ходе подобной практики.
Спустя десять лет он напишет Андрею Белому: “Отныне я не посмею возгордиться, как некогда, когда, неопытным юношей, задумал тревожить тёмные силы — и уронил их на себя.”
«Стихи о Прекрасной Даме» как раз об этом — о тёмных силах и о гордыни попытки справится с ними.
Справиться не получилось. Спустя ещё десять лет, уже после смерти Блока, Андрей Белый резюмирует:
«Первый том — потрясенье: стремительный выход из лона искусства; и — встреча с Видением Лучезарной подруги; и — далее: неумение воплотить эту встречу, обрыв всех путей»

Читайте также:  Молитвы для возврата парня

Для Блока было важно подчеркнуть рабочий, реалистический характер книги («к моим же словам прошу отнестись как к словам, играющим служебную роль, как к Бедекеру [путеводитель], которым по необходимости пользуется путешественник»), поэтому вместо трёх разделов с мистическими названиями «Неподвижность», «Перекрёстки», «Ущерб» первого издания в канонической редакции их стало шесть, у которых вместо всякой философии теперь только указания на место и время действия.

I. С.-Петербург. Весна 1901 года.
«В конце января и начале февраля явно является Она.», «В таком состоянии я встретил Любовь Дмитриевну на Васильевском острове. »
Юный теург обретает свет и в таком состоянии встречает любимую. И решает, что они обе – «в облике одном». Но, скорее всего, это появляется «гадалка» из Тёмного храма .
II.С. Шахматово. Лето 1901 года.
Поэт учится работать с обретёнными силами, но постоянно путается меж Ясной и гадалкой, меж Солнцем и любимой. Меж Тобою и тобой.
Постоянные поездки из его Шахматово к ней в Боблово. Л. Д. его всегда ждёт.
III.С.-Петербург. Осень и зима 1901 года. Грань богопознания: попытка – успешная! – видеть в любимой богиню, то есть раскрыть в «тебе» – Тебя! Но тут же появляются «двойники», которые искушают теурга россыпью миров.
Регулярные, якобы случайные, встречи с Л.Д. после её «уроков». Их свидания в церквях.
IV. С.-Петербург. Зима и весна 1902 года. Видение Моисея, готовность к Акту, видение, как «мы странствовали с Ним по городам». Но что это все? – послания от Тебя или обманки «двойников»? И – снова видение Моисея, видение Неопалимой Купины, осознание, что Ты – Купина, то есть Ты – прямой призыв Господен к действию, как некогда к простому пастуху Моисею: «Иди! И соверши небывалое». Но опять вмешиваются акторы лиловых миров – гадалка, двуликий, двойник. И поэт срывается в открытые ему «двойниками» другие миры.
Всё это на фоне попытки Л.Д. порвать с Блоком.
V. С. Шахматово. Лето 1902 года. Лето зимних кошмаров, лето расплаты… Но в ответ на прямой призыв: «Приходи, Я тебя успокою», поэт настаивает на своём праве на «каменные дороги».
Всё лето Л.Д.: «. Со зла я флиртовала. в Боблове с двоюродными братьями»
VI.С.-Петербург. Осень — 7 ноября 1902 года. Герой выходит на Тропу миров – лиловых миров. Бродит по ней, отчаивается. Он, ставя на кон свою жизнь, прорывается к Храму, но, судя по всему, это – тёмный храм. Он запутался на своих «каменных дорогах».
Всю осень Л.Д.: «От всякого чувства к Блоку я была в ту осень свободна».
7 ноября 1902 года – дата решительного объяснения. Л.Д. принимает предложение Блока.

Данное стихотворение относится к третьей сцене ВТОРОГО раздела. Всего сцен в нем – двенадцать:

1. Серафим.
2.Визит к гадалке.
3.Луна – Твои чертоги!
4.Ты – Солнце!
5.Холодный мир «В иной дали».
6.Нет зиме!
7.Темный храм.
8.Снова у гадалки.
9.Возвращение.
10.Царственный путь.
11.Роковая потеря.
12.Надежда.

Луна – Твои чертоги:
К сцене данного стихотворения относятся ДВА произведения:

Источник статьи: http://proza.ru/2017/11/15/796