Меню

Ясеновацкие новомученики сербия икона

ВУКАШИН ЯСЕНОВАЦКИЙ

Мч. Вукашин Ясеновацкий

Ву́кашин (Мандрап) Ясеновацкий, Клепацкий, Герцеговинский (+ 1943), мученик

Вукашин (Вуксан, Вукан, Вук) — серб из старинного купеческого рода Мандрап, происходил из сербской Герцеговины, села Клепац, расположенного на восточном берегу реки Неретвы. Вырос в родном селе и уехал на заработки к родственникам в столицу Боснии — Сараево, где занимался торговлей.

Святой оставался в Сараево приблизительно до июня (возможно, июля) 1941 года, когда с образованием Независимой Державы Хорватии (НДХ) во главе с А. Павеличем начался геноцид сербов. Тогда многие жители стали покидать город, кто отправлялся в Сербию, где не было геноцида, кто бежал в «леса». Вукашин вернулся в родное село.

Хорватские усташи убили всех членов семьи Вукашина, а его вместе с другими сербами отправили в концлагерь Ясеновац.

В январе 1943 года Вукашин был жестоко убит в Ясеноваце усташским лагерным палачом Жилой Фригановичем.

Мученичество св. Вукашина Ясеновацкого

Свидетельство палача (записано доктором Недо Зецем):

Архиерейский Собор Сербской Православной Церкви 22 мая 1998 года принял решение о канонизации мч. Вукашина, которая состоялась 22 мая 2000 года в храме-памятнике св. Саввы на Врачаре в Белграде. Определением Священного Синода Русской Православной Церкви от 27 декабря 2000 года мученик Вукашин внесен в диптихи Русской Церкви.

Фрески с изображением новомученика находятся в монастыре святого Архангела Гавриила в Земуне, в центре Белграда, в Иоанновском скиту монастыря Острог (Йован Дол), его лик изображен среди особо чтимых святых Захумско-Герцеговинской епархии на иконе, написанной к празднованию 780-летия епархии.

Молитвословия

Но́вый Се́рбский страстоте́рпче, Ву́кашине Герцегова́цкий,/ Христа́ ра́ди пострада́вый в Ясе́новацтем ла́гере./ Егда́ мучи́тель тво́й ноже́м тя́ терза́ше,/ кро́тце отвеча́л еси́ ему́:/ твори́, ча́до, де́ло свое́./ Ра́ди живота́ ве́чнаго му́ку претерпе́вый,/ моли́, му́чениче, Христа́ Бо́га, Спа́са на́шего// спасти́ нас и род наш правосла́вный.

Ин тропарь, глас 4 из службы, написанной клириком храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Петровском парке (г. Москва) протоиереем Илией Шапиро [1]

А́гнец Твой, Иису́се, Ву́кашин/ мучи́телю зове́т зверонра́вному,/ е́же: де́лай у́бо, ча́до, де́ло свое́,/ и свире́пство о́наго умерщвля́ет,/ умира́я за Тя, А́гнца Бо́жия,/ те́мже ны́не на земли́ кро́тких// мо́лит о душа́х на́ших.

Кондак, глас 2 из службы, написанной клириком храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Петровском парке (г. Москва) протоиереем Илией Шапиро [1]

Ву́кашине, прозябе́ние Сара́евско,/ Ву́кашине, Клепцо́ва сла́во,/ Ву́кашине, ди́во Ясенова́цкое,/ па́че же всея́ Се́рбии похвало́,/ смире́ния си́лу явля́еши и кро́тости па́че есте́ственныя,// ны́не же моли́твенно любо́вию нас призира́еши, му́чениче.

Источник статьи: http://drevo-info.ru/articles/20853.html

Храм великомученика Димитрия Солунского

В посёлке Восточный

13 сентября- Собор новомучеников Ясеновацких

Ясеновац (хорв. Jasenovac) – система лагерей смерти, созданная усташами (хорватскими фашистами) в августе 1941 года. Располагалась на территории Независимого Хорватского государства, сотрудничавшего с нацистской Германией, в 60 км от Загреба.

Зверскому обращению с заключенными ужасались даже нацисты.

Новомученики Ясеновацкие – православные узники в Хорватии, принявшие мученическую смерть в 1941–1944 годах. По различным свидетельствам, в годы Второй мировой войны в застенках Ясеноваца было уничтожено тысячи православных сербов, многие из которых погибли за верность православию. Архиерейский Собор Сербской Православной Церкви прославил собор новомучеников Ясеновацких. Их имена включены в месяцеслов Русской Православной Церкви с установлением празднования их памяти 31 августа (13 сентября).

Мученик Вукашин из села Клепац

Вуксан-Вукан-Вук – православный серб из сербской Герцеговины, села Клепац, расположенного на восточном берегу реки Неретвы. В Клепце находилась старинная, начала XVI века, церковь святого апостола Луки – задужбина известных сербских храмостроителей Милорадовичей, и церковь Преображения Господня (до основания, так же как и само село, разрушенная хорватами в 1992 году).

Старец Вукашин происходил из рода Мандрап, родился, вероятно, в конце XIX века, вырос в родном селе, возмужав, уехал на заработки в столицу Боснии – Сараево.

С приходом новой власти – Независимой Державы Хорватской Вук был вынужден вернуться в родное село, но хорватские усташи, римо-католики добрались и в те края, от их страшного насилия над сербскими землями пострадала вся семья Вукашина, также как и многие другие православные сербские семьи, а он сам вместе с другими уцелевшими сербами, был угнан в известный концлагерь для сербов – Ясеновац. В январе 1943 года Вукашин был зверски убит усташским палачом Жилой Фригановичем.

Убийца, заметив старика-крестьянина, который с каким-то непостижимым, мудрым спокойствием наблюдал за зверствами палачей, решил сокрушить этот необъяснимый покой, он отвел его в сторону, поставил на краю свежевырытой ямы, в которую сбрасывали изуродованных полуживых людей, и потребовал крикнуть: «Да здравствует Павелич!» (глава НДХ – прим. пер.). Старик спокойно молчал, тогда озверевший убийца схватил нож, отрезал ему оба уха и нос, затем вновь потребовал воздать хвалу Павеличу, пригрозив заживо вырвать Вукашину сердце, если тот будет молчать.

Блаженный мученик, спокойно взглянув на своего мучителя, тихо, но внятно произнес: «Делай, дитя, свое дело». Такой ответ и небесный покой, отражавшийся на лице святого мученика, привел убийцу в неистовство: вне себя от злобы, он вырезал ему сердце, выколол глаза, перерезал горло. До последнего вздоха Вукашин сохранил в душе Христов мир, последним его движением было троеперстное крестное знамение, за которое палач отсек ему руку, а сам, в исступлении бросив нож, пав уже при жизни в вечную погибель, ногами столкнул его в яму.

Фрески с изображением новомученика находятся в монастыре святого Архангела Гавриила в Земуне, в центре Белграда, в Иоанновском скиту монастыря Острог (Йован Дол), его лик изображен среди особо чтимых святых Захумско-Герцеговинской епархии на иконе, написанной к празднованию 780-летия епархии.

Свидетельство палача (записано доктором Недо Зецем)

Усташ, рассказывающий мне эту историю, вновь замолчал; затем, допив рюмку ракии, продолжил:

– Помнишь, тогда, в августе, в лагере было большое поступление пленных? Тогда Йере Маричич послал на истребление около трех тысяч заключенных, а мы – Перо Брзица, Зринушич, Шипка и я – поспорили, кто за ночь больше перебьет. Началась бойня, уже через час по количеству убитых я заметно оторвался от других. В ту ночь я был на подъеме, мне казалось, что я словно отрываюсь от земли, что я на небесах: никогда прежде не ощущал я такого блаженства. За несколько часов я уничтожил больше тысячи человек, в то время как мои соперники закололи не больше 300–400.

И вот тогда, в момент высшего упоения, мой взгляд упал на пожилого крестьянина, он с каким-то необъяснимым спокойствием стоял и молча смотрел, как я убиваю жертву за жертвой и как те умирают в страшных мучениях. Его взгляд словно парализовал меня, я будто окаменел, несколько секунд я не мог шевельнуться.

Потом, я взял себя в руки подошел к нему, чтобы узнать, кто он. Он рассказал, что зовут его Вукашин, родом из села Клепац, что все его родные погибли от усташей, а его самого послали в Ясеновац. Он говорил об этом все с тем же спокойствием, которое потрясало меня намного сильнее, чем страшные крики и стоны умирающих вокруг нас людей. Когда я слушал старика, глядя в его небесно-чистые глаза, во мне вдруг вспыхнуло неукротимое желание самыми жестокими, адскими пытками разрушить этот непостижимый мне внутренний покой, чтобы его страданием, стонами и мукой, вернуть свое прежнее упоение кровью и болью.

Я вывел его из строя, сначала посадил на пень и приказал ему крикнуть: «Да здравствует Павелич!», пригрозив отрезать ему ухо в случае неповиновения. Вукашин молчал.

Я отрезал ему ухо. Он не проронил ни слова. Я снова приказал ему кричать: «Да здравствует Павелич!», пригрозив отрезать второе ухо. Он молчал. Я отсек ему другое ухо. «Кричи: Да здравствует Павелич! Или лишишься носа!» Старик молчал. В четвертый раз я приказал ему кричать те же слова под угрозой вырезать из его груди живое сердце. Он взглянул, как бы глядя сквозь меня, в какую-то бесконечность, и тихо, но отчетливо проговорил: «Дитя, делай свое дело!»

От этих слов я обезумел окончательно, бросился на него, выколол глаза, вырезал сердце, перерезал горло и ногами спихнул в яму. И тогда во мне будто что-то оборвалось. Я больше не мог убивать. Перо Брзица выиграл спор, перебив 1350 заключенных, я молча заплатил ему проигрыш.

С тех пор нет мне покоя. Я стал пить, все больше и больше, но алкоголь дает забвение ненадолго, и даже в опьянении я слышу этот голос: «Дитя, делай свое дело!» И тогда я, наталкиваясь на стены домов, бегу по улицам, с криками сокрушаю и бью все, что попадается на пути, кидаюсь на кого попало. Ночью нет сна, лишь только наступит забытье, я снова вижу ясный взгляд старика и слышу это невыносимое: «Дитя, делай свое дело!»

Я превратился в комок ужаса и боли, я бессилен перед этим кошмаром. День и ночь преследует меня светлый безмятежный лик Вукашина из Клепца.

Лагерный взгляд на сербскую историю

Независна Држава Хрватска – фашизм на сербской земле

Будущему мученику довелось жить в Независимом Государстве Хорватия (НДХ – Независна Држава Хрватска). Это было нацистское образование, сформированное с помощью гитлеровской Германии и Италии Муссолини, по благословению папы Римского Пия XII, на территории Югославии – Хорватии и Боснии и Герцеговины – сразу после захвата Югославии гитлеровскими войсками.

НДХ вошла в историю невиданными зверствами, учинёнными хорватами по отношению к сербам, евреям и цыганам. В период Второй мировой войны в НДХ было уничтожено около 2 миллионов сербов. В НДХ сербы были объявлены вне закона – с помощью католической церкви, под руководством архиепископа Алоизия Степинца, которого папа Иоанн Павел II впоследствии причислил к святым, проводилась чудовищная по своим масштабам, планомерная политика истребления сербов: их было можно безнаказанно убивать, пытать, изгонять из домов, отбирать имущество.

Из многочисленных концлагерей самым известным стал Ясеновац, в котором погибло 700 000 человек.

Вукашин из старинного рода Мандрап

Вукашин происходил из герцеговинского рода Мандрап, имевшего свою ветвь и в Сараево (столица Боснии), хорошо известен древний красивый особняк Мандрапа на улице Милоша Обилича.

Мандрапы – древний зажиточный купеческий сараевский род. Они прославились как благотворители и защитники церковных владений и церкви святых Архангелов Михаила и Гавриила, так называемой старой сербской православной церкви, относившейся к 15 веку, которая была древнейшим зданием в Сараево. Сыновья старого Чича Мандрапы – Чедо и Добрило, двадцати и двадцати пяти лет, уже с апреля–мая 1941 года были связаны с «лесами», то есть, с вооруженными народными отрядами, защищавшими сербские села и те места, в которых сербы укрывались от усташского террора и геноцида, начинавшиеся в мае 1941 года в окрестностях Сараево. Оба они пострадали в Ясеновце, там же где и их дядя – святой Вукашин.

До 70-тых годов дожили только сын Мандрапы Богдан, тяжелый инвалид, и дочь Славка – учительница. Ее сын, внук Чича Мандрапы, в восьмидесятые годы работал библиотекарем в Народной (университетской) библиотеке «Веница», которая позже будет снята и показана в репортажах мировых СМИ как «объект, превращенный в развалины сербскими гранатами со стороны Требевича», а на самом деле сгоревшая в пожаре, ее сожгли, чтобы уничтожить огромный обличительный архив о прошлом Сараево и о сосуществовании трех религиозных общин (т.е. четырех, включая еврейскую).

Сам особняк Мандрапа на улице Милоша Обилича является ярким образцом городской архитектуры 18–19 вв. (он напоминает дом Манака в Белграде, а еще больше дом, в котором теперь находится кафе «Знак вопроса», напротив кафедрального собора в Белграде), должен был стать памятником этнической культуры и находиться под защитой государства.

В этом доме жил и работал (занимаясь торговым делом) и будущий святой мученик. Он пользовался большим уважением как ревностный защитник владений Сербской православной Церкви на Баш-чаршии (большой известный район Сараево), и поэтому именно этот храм и все сербское Сараево имеют серьезные основания прославлять святого Вукашина – раба Божия и слугу Архангелов как своего небесного защитника и покровителя. Вместе с ним в старой церкви певчими и чтецами служили Чедо, Добро и другие члены семьи Мандрапа. И пусть даст Господь, чтобы и сегодня этот храм и сербское Сараево хранила икона и вера святого Вукашина ясеновацкого, клепацкого, герцеговинского, сараевского, сербского и всеправославного!

До последнего вздоха он сохранил в душе Христов мир, а последним его движением было «троеперстное крестное знамение»

Источник статьи: http://dimitri.moseparh.ru/2019/09/13/13-sentyabrya-sobor-novomuchenikov-yasenovackix/

Читайте также:  Иконе всецарица молятся при